Банк заданий
ЕГЭ по литературе

А мы с тобой, брат, из пехоты,
А летом лучше, чем зимой.
С войной покончили мы счеты...
Бери шинель – пошли домой.

Война нас гнула и косила.
Пришел конец и ей самой.
Четыре года мать без сына...
Бери шинель – пошли домой.

К золе и пеплу наших улиц
Опять, опять, товарищ мой,
Скворцы пропавшие вернулись...
Бери шинель – пошли домой.

А ты с закрытыми очами
Спишь под фанерною звездой.
Вставай, вставай, однополчанин,
Бери шинель – пошли домой.

Что я скажу твоим домашним,
Как встану я перед вдовой?
Неужто клясться днем вчерашним?
Бери шинель – пошли домой.

Мы все – войны шальные дети,
И генерал, и рядовой
Опять весна на белом свете...
Бери шинель – пошли домой.

(Б. Окуджава, 1989)

Прочитайте приведённый фрагмент произведения и дайте прямой связный ответ в объёме 5–10 предложений:

– отвечая на вопрос задания, сформулируйте утверждение,

– приведите пример из предложенного фрагмента текста, подкрепляющий Ваше утверждение,

– поясните, как приведённый пример подкрепляет Ваше утверждение.

В чем особенность композиции стихотворения Б.Ш. Окуджавы «А мы с тобой, брат, из пехоты…»?

А мы с тобой, брат, из пехоты,
А летом лучше, чем зимой.
С войной покончили мы счеты...
Бери шинель – пошли домой.

Война нас гнула и косила.
Пришел конец и ей самой.
Четыре года мать без сына...
Бери шинель – пошли домой.

К золе и пеплу наших улиц
Опять, опять, товарищ мой,
Скворцы пропавшие вернулись...
Бери шинель – пошли домой.

А ты с закрытыми очами
Спишь под фанерною звездой.
Вставай, вставай, однополчанин,
Бери шинель – пошли домой.

Что я скажу твоим домашним,
Как встану я перед вдовой?
Неужто клясться днем вчерашним?
Бери шинель – пошли домой.

Мы все – войны шальные дети,
И генерал, и рядовой
Опять весна на белом свете...
Бери шинель – пошли домой.

(Б. Окуджава, 1989)

Прочитайте приведённый фрагмент произведения и дайте прямой связный ответ в объёме 5–10 предложений:

– отвечая на вопрос задания, сформулируйте утверждение,

– приведите пример из предложенного фрагмента текста, подкрепляющий Ваше утверждение,

– поясните, как приведённый пример подкрепляет Ваше утверждение.

В чем особенность композиции стихотворения Б.Ш. Окуджавы «А мы с тобой, брат, из пехоты…»?

Вам странно, Ольга Сергеевна (писал он), вместо меня самого получить это письмо, когда мы так часто видимся. Прочитайте до конца, и вы увидите, что мне иначе поступить нельзя. Надо было бы начать с этого письма: тогда мы оба избавились бы многих упрёков совести впереди; но и теперь не поздно. Мы полюбили друг друга так внезапно, так быстро, как будто оба вдруг сделались больны, и это мне мешало очнуться ранее. Притом, глядя на вас, слушая вас по целым часам, кто бы добровольно захотел принимать на себя тяжёлую обязанность отрезвляться от очарования? Где напасёшься на каждый миг оглядки и силы воли, чтоб остановиться у всякой покатости и не увлечься по её склону? И я всякий день думал: "Дальше не увлекусь, я остановлюсь: от меня зависит" — и увлёкся, и теперь настаёт борьба, в которой требую вашей помощи. Я только сегодня, в эту ночь, понял, как быстро скользят ноги мои: вчера только удалось мне заглянуть поглубже в пропасть, куда я падаю, и я решился остановиться.     Я говорю только о себе — не из эгоизма, а потому, что, когда я буду лежать на дне этой пропасти, вы всё будете, как чистый ангел, летать высоко, и не знаю, захотите ли бросить в неё взгляд. Послушайте, без всяких намёков, скажу прямо и просто: вы меня не любите и не можете любить. Послушайтесь моей опытности и поверьте безусловно. Ведь моё сердце начало биться давно: положим, билось фальшиво, невпопад, но это самое научило меня различать его правильное биение от случайного. Вам нельзя, а мне можно и должно знать, где истина, где заблуждение, и на мне лежит обязанность предостеречь того, кто ещё не успел узнать этого. И вот я предостерегаю вас: вы в заблуждении, оглянитесь!     Пока между нами любовь появилась в виде лёгкого, улыбающегося видения, пока она звучала в Casta diva, носилась в запахе сиреневой ветки, в невысказанном участии, в стыдливом взгляде, я не доверял ей, принимая её за игру воображения и шёпот самолюбия. Но шалости прошли; я стал болен любовью, почувствовал симптомы страсти; вы стали задумчивы, серьёзны; отдали мне ваши досуги; у вас заговорили нервы; вы начали волноваться, и тогда, то есть теперь только, я испугался и почувствовал, что на меня падает обязанность остановиться и сказать, что это такое.

Я сказал вам, что люблю вас, вы ответили тем же — слышите ли, какой диссонанс звучит в этом? Не слышите? Так услышите позже, когда я уже буду в бездне. Посмотрите на меня, вдумайтесь в моё существование: можно ли вам любить меня, любите ли вы меня? "Люблю, люблю, люблю!" — сказали вы вчера. "Нет, нет, нет!" — твёрдо отвечаю я.     Вы не любите меня, но вы не лжёте — спешу прибавить, — не обманываете меня; вы не можете сказать да, когда в вас говорит нет. Я только хочу доказать вам, что ваше настоящее люблю не есть настоящая любовь, а будущая; это только бессознательная потребность любить, которая, за недостатком настоящей пищи, за отсутствием огня, горит фальшивым, негреющим светом, высказывается иногда у женщин в ласках к ребенку, к другой женщине, даже просто в слезах или в истерических припадках. Мне с самого начала следовало бы строго сказать вам: "Вы ошиблись, перед вами не тот, кого вы ждали, о ком мечтали. Погодите, он придет, и тогда вы очнётесь; вам будет досадно и стыдно за свою ошибку, а мне эта досада и стыд сделают боль", — вот что следовало бы мне сказать вам, если б я от природы был попрозорливее умом и пободрее душой, если б, наконец, был искреннее... Я и говорил, но, помните, как: с боязнью, чтоб вы не поверили, чтоб этого не случилось; я вперёд говорил всё, что могут потом сказать другие, чтоб приготовить вас не слушать и не верить, а сам торопился видеться с вами и думал: "Когда-то ещё другой придёт, я пока счастлив". Вот она, логика увлечения и страстей.     Теперь уже я думаю иначе. А что будет, когда я привяжусь к ней, когда видеться — сделается не роскошью жизни, а необходимостью, когда любовь вопьётся в сердце (недаром я чувствую там отверделость)? Как оторваться тогда? Переживёшь ли эту боль? Худо будет мне. Я и теперь без ужаса не могу подумать об этом. Если б вы были опытнее, старше, тогда бы я благословил своё счастье и подал вам руку навсегда. А то...     Зачем же я пишу? Зачем не пришёл прямо сказать сам, что желание видеться с вами растёт с каждым днём, а видеться не следует? Сказать это вам в лицо — достанет ли духу, сами посудите! Иногда я и хочу сказать что-то похожее на это, а говорю совсем другое. Может быть, на лице вашем выразилась бы печаль (если правда, что вам нескучно было со мной), или вы, не поняв моих добрых намерений, оскорбились бы: ни того, ни другого я не перенесу, заговорю опять не то, и честные намерения разлетятся в прах и кончатся уговором видеться на другой день. Теперь, без вас, совсем не то: ваших кротких глаз, доброго, хорошенького личика нет передо мной; бумага терпит и молчит, и я пишу покойно (лгу): мы не увидимся больше (не лгу) <...>

И.А. Гончаров «Обломов»

Сопоставьте приведённый фрагмент произведения (допустимо обращение и к другим эпизодам, если это указано в формулировке задания) с названным в задании произведением. Запишите прямой связный ответ:

– отвечая на вопрос задания, сформулируйте утверждение (укажите сходство ИЛИ различие обоих произведений в зависимости от формулировки задания),

– приведите минимум по одному примеру из каждого произведения, подкрепляющему Ваше утверждение,

– поясните, как приведённые примеры подкрепляют Ваше утверждение.

Опираясь на приведённый фрагмент произведения (и/или другие эпизоды), сопоставьте отношения Обломова и Ильинской с отношениями Базарова и Одинцовой в «Отцах и детях» И.С. Тургенева. Чем они похожи?

Приехав домой и рассказав матери о том, как они провели время у Мелюковых, барышни ушли к себе. Раздевшись, но не стирая пробочных усов, они долго сидели, разговаривая о своём счастьи. Они говорили о том, как они будут жить замужем, как их мужья будут дружны и как они будут счастливы. На Наташином столе стояли ещё с вечера приготовленные Дуняшей зеркала.     — Только когда всё это будет? Я боюсь, что никогда... Это было бы слишком хорошо! — сказала Наташа вставая и подходя к зеркалам.     — Садись, Наташа, может быть ты увидишь его, — сказала Соня. Наташа зажгла свечи и села.     — Какого-то с усами вижу, — сказала Наташа, видевшая своё лицо.     — Не надо смеяться, барышня, — сказала Дуняша.     Наташа нашла с помощью Сони и горничной положение зеркалу; лицо её приняло серьёзное выражение, и она замолкла. Долго она сидела, глядя на ряд уходящих свечей в зеркалах, предполагая (соображаясь с слышанными рассказами) то, что она увидит гроб, то, что увидит его, князя Андрея, в этом последнем, сливающемся, смутном квадрате. Но как ни готова она была принять малейшее пятно за образ человека или гроба, она ничего не видала. Она часто стала мигать и отошла от зеркала.     — Отчего другие видят, а я ничего не вижу? — сказала она. — Ну садись ты, Соня; нынче непременно тебе надо, — сказала она. — Только за меня... Мне так страшно нынче!     Соня села за зеркало, устроила положение, и стала смотреть.     — Вот Софья Александровна непременно увидят, — шопотом сказала Дуняша: — а вы всё смеётесь.     Соня слышала эти слова, и слышала, как Наташа шопотом сказала:     — И я знаю, что она увидит; она и прошлого года видела.     Минуты три все молчали. «Непременно!» прошептала Наташа и не докончила... Вдруг Соня отсторонила то зеркало, которое она держала, и закрыла глаза рукой.     — Ах, Наташа! — сказала она.     — Видела? Видела? Чтó видела? — вскрикнула Наташа, поддерживая зеркало.

Соня ничего не видала, она только что хотела замигать глазами и встать, когда услыхала голос Наташи, сказавшей «непременно»... Ей не хотелось обмануть ни Дуняшу, ни Наташу, и тяжело было сидеть. Она сама не знала, как и вследствие чего у неё вырвался крик, когда она закрыла глаза рукою.     — Его видела? — спросила Наташа, хватая её за руку.     — Да. Постой... я... видела его, — невольно сказала Соня, ещё не зная, кого разумела Наташа под словом его: его — Николая или его — Андрея.     «Но отчего же мне не сказать, чтó я видела? Ведь видят же другие! И кто же может уличить меня в том, что я видела или не видала?» — мелькнуло в голове Сони.     — Да, я его видела, — сказала она.     — Как же? Как же? Стоит или лежит?     — Нет, я видела... То ничего не было, вдруг вижу, что он лежит.     — Андрей лежит? Он болен? — испуганно остановившимися глазами глядя на подругу, спрашивала Наташа.     — Нет, напротив, — напротив, весёлое лицо, и он обернулся ко мне, — и в ту минуту как она говорила, ей самой казалось, что она видела, то, чтó говорила.     — Ну а потом, Соня?...     — Тут я не рассмотрела, что-то синее и красное...     — Соня! когда он вернётся? Когда я увижу его! Боже мой! как я боюсь за него и за себя, и за всё мне страшно... — заговорила Наташа, и не отвечая ни слова на утешения Сони, легла в постель и долго после того, как потушили свечу, с открытыми глазами, неподвижно лежала на постели и смотрела на морозный, лунный свет сквозь замёрзшие окна.

Л.Н. Толстой «Война и мир»

Сопоставьте приведённый фрагмент произведения (допустимо обращение и к другим эпизодам, если это указано в формулировке задания) с названным в задании произведением. Запишите прямой связный ответ:

– отвечая на вопрос задания, сформулируйте утверждение (укажите сходство ИЛИ различие обоих произведений в зависимости от формулировки задания),

– приведите минимум по одному примеру из каждого произведения, подкрепляющему Ваше утверждение,

– поясните, как приведённые примеры подкрепляют Ваше утверждение.

Опираясь на приведённый фрагмент, сопоставьте дружбу Наташи и Сони в романе Л.Н. Толстого в «Войне и мире» с взаимоотношениями Катерины и Варвары из драмы А.Н. Островского «Гроза». Чем они различаются?

Кабанова. Ведь от любви родители и строги-то к вам бывают, от любви вас и бранят-то, всё думают добру научить. Ну, а это нынче не нравится. И пойдут детки-то по людям славить, что мать ворчунья, что мать проходу не даёт, со свету сживает. А сохрани господи, каким-нибудь словом снохе не угодить, ну и пошёл разговор, что свекровь заела совсем.     Кабанов. Нешто, маменька, кто говорит про вас?     Кабанова. Не слыхала, мой друг, не слыхала, лгать не хочу. Уж кабы я слышала, я бы с тобой, мой милый, тогда не так заговорила. (Вздыхает.) Ох, грех тяжкий! Вот долго ли согрешить-то! Разговор близкий сердцу пойдет, ну и согрешишь, рассердишься. Нет, мой друг, говори что хочешь про меня. Никому не закажешь говорить: в глаза не посмеют, так за глаза станут.     Кабанов. Да отсохни язык...     Кабанова. Полно, полно, не божись! Грех! Я уж давно вижу, что тебе жена милее матери. С тех пор как женился, я уж от тебя прежней любви не вижу.     Кабанов. В чём же вы, маменька, это видите?     Кабанова. Да во всём, мой друг! Мать чего глазами не увидит, так у неё сердце вещун, она сердцем может чувствовать. Аль жена тебя, что ли, отводит от меня, уж не знаю.     Кабанов. Да нет, маменька! Что вы, помилуйте!     Катерина. Для меня, маменька, всё одно, что родная мать, что ты, да и Тихон тоже тебя любит.     Кабанова. Ты бы, кажется, могла и помолчать, коли тебя не спрашивают. Не заступайся, матушка, не обижу небось! Ведь он мне тоже сын; ты этого не забывай! Что ты выскочила в глазах-то поюлить! Чтобы видели, что ли, как ты мужа любишь? Так знаем, знаем, в глазах-то ты это всем доказываешь.     Варвара (про себя). Нашла место наставления читать.     Катерина. Ты про меня, маменька, напрасно это говоришь. Что при людях, что без людей, я всё одна, ничего я из себя не доказываю.     Кабанова. Да я об тебе и говорить не хотела; а так, к слову пришлось.     Катерина. Да хоть и к слову, за что ж ты меня обижаешь?     Кабанова. Эка важная птица! Уж и обиделась сейчас.     Катерина. Напраслину-то терпеть кому ж приятно!

Кабанова. Знаю я, знаю, что вам не по нутру мои слова, да что ж делать-то, я вам не чужая, у меня об вас сердце болит. Я давно вижу, что вам воли хочется. Ну что ж, дождётесь, поживёте и на воле, когда меня не будет. Вот уж тогда делайте что хотите, не будет над вами старших. А может, и меня вспомянете.     Кабанов. Да мы об вас, маменька, денно и нощно бога молим, чтобы вам, маменька, бог дал здоровья и всякого благополучия и в делах успеху.     Кабанова. Ну, полно, перестань, пожалуйста. Может быть, ты и любил мать, пока был холостой. До меня ли тебе; у тебя жена молодая.     Кабанов. Одно другому не мешает-с: жена само по себе, а к родительнице я само по себе почтение имею.     Кабанова. Так променяешь ты жену на мать? Ни в жизнь я этому не поверю.     Кабанов. Да для чего же мне менять-с? Я обеих люблю.     Кабанова. Ну да, да, так и есть, размазывай! Уж я вижу, что я вам помеха.     Кабанов. Думайте как хотите, на всё есть ваша воля; только я не знаю, что я за несчастный такой человек на свет рождён, что не могу вам угодить ничем.     Кабанова. Что ты сиротой-то прикидываешься! Что ты нюни-то распустил? Ну, какой ты муж? Посмотри ты на себя! Станет ли тебя жена бояться после этого?     Кабанов. Да зачем же ей бояться? С меня и того довольно, что она меня любит.     Кабанова. Как зачем бояться! Как зачем бояться! Да ты рехнулся, что ли? Тебя не станет бояться, меня и подавно. Какой же это порядок-то в доме будет? Ведь ты, чай, с ней в законе живёшь. Али, по-вашему, закон ничего не значит? Да уж коли ты такие дурацкие мысли в голове держишь, ты бы при ней-то, по крайней мере, не болтал да при сестре, при девке; ей тоже замуж идти: этак она твоей болтовни наслушается, так после муж-то нам спасибо скажет за науку. Видишь ты, какой ещё ум-то у тебя, а ты ещё хочешь своей волей жить.

А.Н. Островский «Гроза»

Сопоставьте приведённый фрагмент произведения (допустимо обращение и к другим эпизодам, если это указано в формулировке задания) с названным в задании произведением. Запишите прямой связный ответ:

– отвечая на вопрос задания, сформулируйте утверждение (укажите сходство ИЛИ различие обоих произведений в зависимости от формулировки задания),

– приведите минимум по одному примеру из каждого произведения, подкрепляющему Ваше утверждение,

– поясните, как приведённые примеры подкрепляют Ваше утверждение.

Опираясь на приведённый фрагмент, сопоставьте образ Кабановой и образ старухи-процентщицы из романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». В чём проявляется их отличие в отношении к родным и близким?